Не уступивший лыжню

«А день, ползущий в лес по лыжням, Звон пули в воздухе недвижном, Остекленевшем — вот зима», — строчки фронтового корреспондента Александра Твардовского о Зимней войне. К началу 1940 года в Красной армии было создано 77 отдельных лыжных батальонов. Они должны были стать маневренной силой — прорывной, разведывательной. Но не все вышло, как задумывалось…

Добровольцы, вперед!

Когда в феврале 1940-го на финский фронт попал 9й отдельный лыжный батальон бригады полковника Долина, мороз стоял минус сорок. Промерзали насквозь белые валенки, к которым бойцы пристегивали крепления, намертво застывали затворы винтовок СВТ-38. Не хватало рукавиц, а шапки красноармейцам не полагались — зимой вместо буденовок им выдавали «ватные колпаки»…

Девятый отдельный — это добровольцы из Архангельской области, вчерашние колхозники, рыбаки, вальщики леса. За полтора месяца их успели научить, «как держать винтовку и куда жать». Не более. Неуклюжий батальон растворился в финских лесах в первые же дни после перехода границы: «убито 270, пропало без вести 233». Десятки обмороженных и раненых…

Среди бесследно сгинувших — мой дедушка Павел Васильевич Мелкий. От него в семье остался единственный снимок. А мне хотелось узнать больше…

Сын за отца

Весть о том, что в семью Мелких пришло извещение, мгновенно разлетелась по Шенкурску. Моего дядю Арсения учитель поставил перед четвертым классом и сказал: «Твой отец пропал без вести, значит, сдался в плен, значит, он — предатель». Снова по Твардовскому: «Ты именуешься отродьем, не сыном даже, а сынком…»

Вечером Арсений пообещал матери: «Ноги моей в школе больше не будет. Силой потащите — не пойду». Обещание сдержал. Вопрос чести решила прабабушка Анна: «Поедем, милый, ко мне в деревню». Трем войнам XX века она отдала всех троих сыновей: старший Андрей погиб во время Первой мировой при взрыве боеприпасов на архангельской Бакарице; в 41м навечно остался под Ленинградом средний — воентехник второго ранга Григорий; младший Павел пропал на финской. «Сын предателя» всю жизнь прожил в бабушкиной деревне — Пинежском городище у стен Иоанно-Богословского монастыря. В школу не ходил, учился по книжкам…

Его отец, мой дедушка, наверняка считал, что ему повезло: из 1820 заявлений, поданных в лыжный батальон, командование оставило меньше трети. «Отбирали политически грамотных, образованных и умеющих ходить на лыжах», — говорит командир сводного поискового отряда Архангельской области Светлана Мальчихина, которая нашла в областном архиве документы о формировании батальона. Спустя почти 80 лет мы пришли к ним на финскую землю.

Еще один Павел

В районе финского Кухмо в 29 санитарных могилах местные жители похоронили советских солдат. 12 июля 2019 года, в день апостолов Петра и Павла, вместе с архангельскими поисковиками мы разбираем захоронение близ хутора Мартикангас.

Воздух густо замешан на болотной мошке. В «санитарке» на метровой глубине лежат двое: один — лицом вниз, словно спрятавшись от смерти. Учитель из Северодвинска Елена Подольская находит ложку. С трудом разбираем инициалы «Ю.П.А.» Сверяем со списком батальона, единственный, кто соответствует, — Юрин Павел Александрович, 1900 года рождения, из второго взвода. Ну, здравствуй, Павел Александрович! А все мои мысли — о нашем Павле…

После финской в родной Шенкурск вернулся дедушкин однополчанин. Устроился в милицию. «Я видел, как Пашку шибануло взрывом. Но вернуться было нельзя — мы в атаку шли», — виновато рассказывал он бабушке. И рвал очередное заявление, написанное по поводу хулиганства Генки — старшего сына Павла…

Генку удалось уберечь от тюрьмы, но не от штрафбата. В конце Великой Отечественной он воевал связистом и в первой же атаке был ранен в пятку. Посчитали за самострел. А в 1990х, став спикером горсовета, добился создания в Шенкурске первого мемориала Победы.

Последний блиндаж

У блиндажа 54-й дивизии в Лёютеваара короткая судьба. Наши бойцы сооружали его топорами — строили несколько дней, вгрызаясь в мерзлую землю на двухметровую глубину. Но 11 февраля 1940-го укрепрайон окружила финская армия и все находившиеся в блиндаже мгновенно погибли — прямое попадание. Внутри поисковики нашли останки 17 бойцов. И котелок, на котором читается, кажется, фамилия Танин. Откликнутся ли потомки?

А сверху, над блиндажем, сорок лет назад собрал «косточки русские» владелец этой земли Хеймо Кеттунен. Захоронил, сделал табличку. Россиянам разрешил поднять останки из блиндажа с единственным условием: все найденные бойцы должны быть похоронены здесь же, в местечке Палоахо. Наверное, это правильно.

Как относится к нашей работе финская сторона? Летом мы работали в «одной воронке» с главой объединения по увековечиванию памяти погибших на войне Пертти Суоминен из Хельсинки и финским поисковиком Исмо Микконен. Мэр Кухмо Тутти Мэттэ предложила помощь: «Мой дедушка принимал участие в зимней войне, остался жив, много рассказывал обо всем». А пастор местной лютеранской церкви Тимо Сутари без бюрократии, бесплатно принял на хранение в морг храма останки 24 солдат, найденных во время экспедиции.

24 мая 2019 года в местечке Палоахо установлен памятник 601 бойцу лыжного батальона. И среди них — нашему Павлу. Теперь мне есть куда привозить его любимые северные цветы. Памятник установлен благодаря усилиям Российского военно-исторического общества, правительства Архангельской области и архангельских предпринимателей.

Архивные снимки предоставлены архангельским отделением Российского военно-исторического общества.

Источник: tehnowar.ru

0 0 голос
Рейтинг статьи

Опубликовано: 30.11.2019 в 20:28

Автор:

Категории: Армия и флот

Подписаться
Уведомить о
guest
0 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии