Пчелы против бегемотов: как убить фараона

В 2018 году ООН решила учредить Всемирный день пчел. Отмечают его каждый год 20 мая — в день рождения основателя современного пчеловодства Антона Янши, и в этот раз мы решили разобраться в истории пчеловодства древнего. Разводить пчел в промышленных масштабах начали в Египте, а еще, как мы обнаружили путем чтения сайтов в интернете, именно там жила первая исторически документированная жертва пчелы: фараон Менес умер от анафилактического шока после пчелиного укуса (но есть вариант, что это были осы) примерно пять тысяч лет назад. Разумеется, мы попытались выяснить подробности, но в процессе обнаружили кое-что неожиданное. Поэтому наша история будет не столько о пчеловодстве, сколько о живучести исторических анекдотов, энтузиастах и дилетантах, а также чуть-чуть о бегемотах.

История о гибели фараона от укуса пчелы, наверное, сопоставима по популярности с историей о смерти князя Олега от змеиного укуса. Только в рунете тысячи страниц, где есть Менес и пчелы — еще бы, это же отличный способ сделать чуть более интересной скучную санитарно-просветительскую статью об анафилактическом шоке и средствах борьбы с ним. Однако мы выяснили, что возраст этой истории — не более 200 лет. Похоже, что ее случайно выдумал британский подполковник Лоуренс Остин Уодделл (Laurence Austine Waddell) — прототип не менее легендарного Индианы Джонса.

Шумеролог-энтузиаст

Уодделл в 80-е годы XIX века служил офицером медицинской службы британской армии в Индии (а потом в Тибете, Бирме и Китае), но при этом успевал уделять время совсем не медицинским занятиям. Он изучал буддизм и санскрит, попутно став профессором химии, а затем и права. А еще он был археологом-любителем. Мы рассказывали в материале «Докопались до археологии», как такие самоучки, как он, двигали науку, когда собственно археологии по сути и не было. Уодделл не был исключением — не покладая рук, он изучал индийские древности, занимался раскопками по всей стране, мечтал открыть древнюю цивилизацию где-нибудь в Тибете и найти место рождения Будды.

Подполковник Уодделл до увольнения в запас

После возвращения в Британию Уодделл начал изучать шумерский язык и настолько увлекся этой цивилизацией, что стал теоретиком идеи об арийском (то есть, шумерском, поскольку шумеров он считал ариями) происхождении почти всех других народов — от древних египтян до древних римлян. По другой его теории, бритты, англосаксы и шотландцы вели свое происхождение от финикийцев. Чтобы возвести древних египтян к шумерам, Уодделл засел за пересмотр хронологии Древнего Египта. Тогда-то и попал фараон Менес под горячую шотландскую руку полковника и внезапно «превратился» в аккадского царя Маништусу, сына Саргона, который «на самом деле» был царем Крита Миносом. Примерно тогда Менес и «умер» от укуса пчелы.

Вышло это, правда, в некотором роде непредумышленно. Будучи самоучкой, Уодделл неверно перевел надпись с деревянного ярлыка из «гробницы Менеса» в Абидосе. Этот перевод появился в книге полковника «Egyptian Civilization, Its Summerian Origin and Real Chronology and Summerian Origin of Egyptian Hieroglyphics», впервые изданной в 1930 году. Однако египтологов она не заинтересовала, а непрофессионалы поверили Уодделлу на слово, пока 39 лет спустя, уже после смерти подполковника, этим «открытием» не заинтересовался медик.

Доктор медицины Фрэнсис Чефи (Francis Chafee), аллерголог из американского города Провиденс, в 1969 году обратил внимание, что его коллеги регулярно ссылались на историю о гибели фараона Менеса как на первое в письменной истории упоминание об аллергической реакции на укус насекомого. При этом большинство не указывало источник этих сведений. Только в одной статье Чефи обнаружил ссылку, и это была ссылка на книгу Уодделла.

Дотошный аллерголог заподозрил, что британец мог ошибиться и написал двум титулованным американским египтологам: Доусу Данхэму, заслуженному куратору египетского искусства в Бостонском Музее изящных искусств, и Ричарду Паркеру, профессору египтологии в Брауновском университете в Провиденсе. Египтологи сообщили ему, что перевод Уодделла неизвестен профессионалам и попросту неверен, в частности, потому, что он опирался на устаревший словарь. Чефи опубликовал статью с «научным закрытием» истории Менеса в Journal of Allergy, включив в нее письма обоих египтологов. К несчастью, опровержение мало кто заметил: журнал аллергологов сложно назвать изданием, популярным в массах.

Так, носившийся всю жизнь с идеей паншумеризма Уодделл, один из изобретателей теории арийского происхождения мировых цивилизаций и превосходства белой расы (а он считал, что шумеры были голубоглазыми блондинами), не будучи специалистом в египтологии, породил анекдот, который даже в XXI веке пересказывают на множестве ресурсов в интернете, как исторический факт.

«Лучший подарок, по-моему, мед…»

Но если смерть одного из самых ранних царей Древнего Египта была придуманной, то пчелы-то остаются настоящими. И в Древнем Египте они были в большом почете — их считали «слезами бога Ра». Магический папирус Salt 825, хранящийся теперь в Британском музее, гласит: «… Ра плакал снова, упала вода из ока его на землю и превратилась в пчелу. Пчела работала, превратилась работа ее в полевые цветы всякого рода, произошел воск, произошел мед от воды ее».

Считается, что именно в Древнем Египте пчеловодство появилось как профессиональное занятие. До этого времени люди лишь собирали мед диких пчел, а египтяне предложили им глиняные цилиндры — и можно было не искать ульи в природе. Рельефы на стенах древнеегипетских гробниц и храмов рассказывают целые истории о профессиональных приемах пчеловодов Нила: вот они наблюдают за искусственными ульями, готовятся к выемке меда, окуривая пчел, и подносят пчелам горшочки под мед. Из этих изображений можно сделать вывод, что египтяне при общении с пчелами не носили защитного снаряжения.

Один из рельефов в солнечном храме фараона Неусерра с изображением пчеловода и ульев в виде цилиндров.

Мед и воск — ценные и священные ресурсы древних египтян. Согласно двум медицинским трактатам XVI века до нашей эры — папирусу Эберса и папирусу Смита — медом лечили даже переломы и травмы черепа, не говоря уже о глазных, почечных или желудочно-кишечных заболеваниях. Его использовали в стоматологии — для изготовления пломб и в косметологии — для добавления в смягчающие средства. В папирусе XIX века до нашей эры на основе меда советуют готовить противозачаточное снадобье.

Фрагмент Папируса Смита

Клеящие свойства меда и воска тоже не были обойдены вниманием египтян. Например, реставрация знаменитой маски фараона Тутанхамона в 2015 году выявила простой, но эффективный способ крепления к ней декоративной бороды — с помощью воска. Современные реставраторы и в XXI веке воспользовались древней технологией. Кроме того, воск использовали для создания моделей при выплавке предметов из металла.

Туринский судебный папирус XII века до нашей эры описывает леденящую кровь историю гаремного заговора против фараона Рамсеса III — в нем участвовали многие приближенные правителя и часть насельниц женского дома династии. В ход шло даже колдовство — тут пригодился и воск: из него были изготовлены фигуры «богов и людей для ослабления тел».

Само изображение пчелы, вернее, ее идеограмма, фигурировало в написании словосочетания «тронное имя», которое предваряли картуш с именем фараона. Это словосочетание — несут-бити — было составлено из двух иероглифов «тростник-несут» и «пчела-бити». Они олицетворяли Верхний и Нижний Египет.

Фрагмент отделки дверного проема с тронным именем фараона Джедкара из солнечного храма фараона Неусерра

Истинный убийца фараона Менеса

Но кто же тогда виноват в смерти фараона Менеса в конце XXXI века до нашей эры? У истории есть другой подозреваемый. Древнеегипетский жрец Манефон, живший в первой половине III века до нашей эры, то есть, на две с лишним тысячи лет позже Менеса, составил исторический труд под названием «Египтика». В нем ответственность за смерть фараона Менеса возлагается на зверюгу посолиднее — «был ранен гиппопотамом и погиб».

Рисунок гиппопотама на известняковом обломке, возможно, бывший шаблоном для более крупного изображения (XV век до нашей эры).

Охота на бегемотов — излюбленная забава древних египтян. Самые древние сосуды, где изображается это опасное развлечение, относятся к додинастическому периоду (4400-3100 годы до нашей эры).

По этим рисункам ученые восстановили сам ход охоты. В небольшой лодке охотник пускался по Нилу в поисках гиппопотамов. При себе он имел гарпуны — костяной или металлический наконечник на деревянном древке. Для замаха требовалось встать в лодке в полный рост. Причем наконечник, вонзившись в тело животного, отделялся от древка. При этом он обычно был прикреплен веревкой к древку, которое играло роль буйка. Раненые бегемоты часто уходили на глубину в попытках скрыться от охотника, и древко, а то и специально сделанный поплавок, указывал на убежище животного. Если у гиппопотама были силы после ранения, он мог неожиданно выскочить из воды, ударив лодку. Человека при этом ждала незавидная участь. Из-за этого охота на гиппопотамов считалась в Древнем Египте занятием для смелых и сильных людей.

Рельеф с изображением охоты на бегемотов в мастабе Ти в Саккаре.

Начиная с 3000 года до нашей эры изображение царской охоты на бегемотов становится традицией. Кроме того, не надо забывать, что гиппопотам — олицетворение хаоса, а фараон — гарант порядка (маат) в известном египтянину мире. Так что охотящийся на бегемота царь египетский символизировал победу порядка над хаосом, а не только свою смелость. Позднее, со II тысячелетия до нашей эры, когда бог Сет в древнеегипетской мифологии перешёл на сторону зла, его могли изображать в образе гиппопотама.

В то же время эти крупные животные, жившие в воде, то уходя ко дну, то поднимаясь на поверхность за глотком воздуха, были для египтян и символом возрождения. А «островок» спины бегемота посреди вод Нила ассоциировался с мифологической первозданной сушей в бесконечном океане. Отчаянное материнство самок гиппопотамов тоже нашло свое отражение в пантеоне древних египтян — бегемотиха сопровождает богиню материнства Таурт.

Фаянсовая фигурка гиппопотама по имени Уильям (XIX-XX века до нашей эры). Имя у этого амулета появилось в 1931 году в рассказе, опубликованном в журнале «Панч», и прижилось у посетителей музея.

В общем, место гиппопотама в Древнем Египте и его мифологии переоценить невозможно, амулеты в виде бегемотиков находили даже в пеленах мумий фараонов. Так что смерть во время охоты на это животное считалась доблестной.

Мода на Египет и бегемотов в Древнем Риме

Не можем обойти вниманием прекрасные по своему исполнению фрески и мозаики «нильского стиля» из Помпей. С конца II века до нашей эры в Римской республике появилось увлечение ориентальными (восточносредиземноморскими) культами, в том числе и древнеегипетской религией. Это отражалось не только в строительстве храмов египетским богам и участии римлян в соответствующих церемониях.

Храм древнеегипетской богини Исиды в Помпеях.

Появилось целое течение в изобразительном искусстве, которое использовало образы из далёкой восточной страны: богов, жрецов, животных, растений, различных символов. В Помпеях поклонялись культу древнеегипетской богини Исиды, в Театральном квартале располагалось ее святилище, а дома почитателей культа были украшены соответствующим декором.

Отделка стен в Доме Фруктового сада (о котором мы уже рассказывали).

Впрочем, никаких доказательств тесной связи между адептами древнеегипетских культов и любителями «нильского стиля» в интерьере у специалистов нет. Иногда эти фрески и мозаики ничем религиозным в доме больше не поддерживались. Но, несомненно, были объектом интереса гостей и прекрасным поводом для беседы.

Эмблема (центральная картина) мозаичного пола в «нильском стиле» в Доме Цейев в Помпеях. Пигмеи катаются на лодках по Нилу, а из воды выглядывают бегемоты.

В современном Египте гиппопотамы уже не водятся — всех извели, а вот пчел до сих пор содержат, да еще и ежегодно катают на плотах по Нилу. Дело в том, что период цветения растений по берегам Нила разнится, поэтому пасеки в прямом смысле слова приходится возить по реке для обеспечения пчел «фронтом работ».

А был ли фараон?

Но к существованию Менеса тоже есть масса вопросов. Возможно, он был сыном первого фараона Египта Нармера или самим Нармером. Или вторым фараоном — Хор Аха, а возможно, сыном Хор Аха. Есть гипотеза, что Хор Аха был сыном Менеса. А может, Менес вообще не существовал — впервые его имя появляется в источниках лишь через полтора тысячелетия после предполагаемого правления.

С течением веков фараон Менес превращается в легендарную фигуру эпохи становления Египетского царства: в сохранившихся текстах он объединяет Верхний и Нижний Египет, строит крепости и святилища, изобретает культы, законы и даже письменность. Но до сих пор у египтологов не появилось документов, однозначно решающих вопрос о существовании фараона Менеса, и споры о принадлежности той самой гробницы в Абидосе, с которой началась эта история, идут до сих пор.

Так что в этом блоге стоит усомниться в реальности всего. Кроме пчел. И бегемотов.

Источник: nplus1.ru

0 0 голоса
Рейтинг статьи

Опубликовано: 04.06.2021 в 22:46

Автор:

Категории: Наука и технологии

Подписаться
Уведомить о
guest
0 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии