Лукашенко умеет работать на камеру: ОНТ о большом интервью белорусского президента

Белорусский президент дал большое интервью белорусским и иностранным журналистам, в котором рассказал о своём видении политической ситуации как в стране, так и за рубежом. Как передаёт ОНТ, Лукашенко не выглядел ни злым, ни уставшим, как любят его изображать в альтернативном медиапространстве. На телевидении есть такое понятие «работать на камеру», что очень хорошо вышло у Лукашенко — в хорошем смысле этого слова: он был максимально сосредоточен, думал только о деле, и в результате о многих вещах представители СМИ услышали впервые.

Нет такого журналиста, который не хотел бы взять интервью у президента. Любого. А в этом случае шансы на сенсацию возрастают шестикратно. Александр Лукашенко любит общаться с журналистами. 

 

АЛЕКСАНДР ЛУКАШЕНКО, президент Белоруссии: Я к вашим услугам.

 

И не было ни одного интервью, которое прошло бы бесследно в медийном пространстве как минимум соседних стран. Вообще, так часто бывает: чем дальше от границ Белоруссии, тем больше там думают, что точно знают, что происходит в стране. Правда, выходит парадокс: раз так хорошо разбираются во внутриполитической ситуации — отчего ж так долго думают, как быть?

 

АНДРЕЙ КОНДРАШОВ, первый заместитель генерального директора ВГТРК: Посмотрели вчера и сегодня заголовки западных средств массовой информации, и встречаются даже такие: «Евросоюз не знает, что ему делать с Лукашенко».

 

АЛЕКСАНДР ЛУКАШЕНКО: Они давно не знают, что делать с Лукашенко. Почему? Потому что они всегда стараются что-то со мной сделать. А не надо. Нас избрал белорусский народ, и он с нами что-то сделает.

 

Конечно, помочь Белоруссии разобраться самой в себе — желающих хватает. И президент уверен: в этом так много психологии. А хороший психолог никогда не станет давать советы. 

 

АЛЕКСАНДР ЛУКАШЕНКО: В середине прошлого года разведка подготовила для меня большой аналитический доклад по поводу того, как будет развиваться мир в связи с появлением Telegram-каналов. Один из выводов, что сейчас технологии настолько развиты, что специалисты могут влезть в мозги людей. Мы должны выработать очень сильный иммунитет против этого. И сразу же подумал о том, что у меня времени не хватит это сделать до наших политических событий.

 

К слову, об этом Александр Лукашенко говорит впервые. И делает в этой связи совсем неутешительный прогноз.

 

АЛЕКСАНДР ЛУКАШЕНКО: Что-то с нами произошло, но я очень боюсь, но, боясь, уверен, что это только начало. Поверьте, вы меня вспомните буквально через полгода — через год. Вы увидите, что это только начало.  За всеми этими событиями — попытка переделить мир. И мы оказались в эпицентре этого. 

 

Есть в этом что-то из глобалистики. Но за подтверждениями этой теории далеко ходить не нужно. Ещё недавно все задавались вопросом: отчего, почему с новой силой разгорелся тлеющий конфликт в Нагорном Карабахе? Всего шесть недель — и вопрос стоит по-другому: а войне точно конец? И да — оказывается, такое же решение, как закреплено в трёхстороннем соглашении, Еревану и Баку уже предлагали — Москва и Минск. 

 

АЛЕКСАНДР ЛУКАШЕНКО: Пашинян не принял эти условия. И не погибло бы столько людей. Надо было пережить эту трагедию. Если кто-то думает, что это всё, — ошибается. То, что остановили вот эту войну, кому-то это не нравится. Будут сейчас качать эту ситуацию, как-то туда пытаться влезть. Но я уверен, Путин — не пацан, не мальчик. Он никогда не позволит развязать там новую войну. Но ещё раз говорю: никто просто так от этого не уйдёт. Понимаю, что такое Кавказ, Южный Кавказ, что такое Турция, какие интересы, какие там богатства, и водороды, и прочее, прочее.

 

Не строит Александр Лукашенко иллюзий и относительно скорого разрешения внутренних противоречий в самой Белоруссии. 

 

АЛЕКСАНДР ЛУКАШЕНКО: Когда закончат они здесь ходить?

 

ЖУРНАЛИСТ: Когда разрешится эта ситуация?

 

АЛЕКСАНДР ЛУКАШЕНКО: Вы знаете, они спят и видят — дотерпеть, довести людей до весны. Чуть ли ни экономика рухнет, тогда нам легче будет с ним справиться, то есть со мной. Поэтому тлеющее это будет продолжаться. 

 

Альтернатива улице известна. Впрочем, об этом позже. А пока президент предлагает другим учиться на чужих ошибках. К примеру, Молдавии, где сегодня второй тур президентских выборов. 

 

АЛЕКСАНДР ЛУКАШЕНКО: Главное — не переверните страну, извлекайте уроки из наших событий. 

 

Впрочем, переворачивать, в частности отношения, вверх-дном отдельные политики умеют. Зеленский воткнул нож в спину Лукашенко. Или показалось? 

 

ПАВЕЛ КУЖЕЕВ, главный редактор телеканала «112 Украина»: На каком уровне у вас происходит диалог с Владимиром Зеленским, который сказал, что к вам будет обращение просто Александр Лукашенко, без слова «президент»?

 

АЛЕКСАНДР ЛУКАШЕНКО: Слушайте, спасибо. Честно, я этого не знал. Если бы мне это сказали до того, как он это сказал, я в это не поверил, что он может это сказать. Надо умудриться, чтобы за полтора-два года обвалить доверие к себе со стороны народа. Поэтому грубо скажу: чья б корова мычала, а Зеленского молчала. Поэтому если он так сказал — я не слышал. Наверное, вы ж не будете меня дезинформировать? Это просто неумно выглядит. 

 

Не в бровь, а в глаз. Правда, бросится в глаза и другое. Да, действительно такое было сказано, но не президентом Украины. Вот фрагмент брифинга главы украинского МИД с теми самыми словами.

 

ВОПРОС: Как Украина будет называть Лукашенко после завершения срока его каденции 5 ноября?

 

ДМИТРИЙ КУЛЕБА, министр иностранных дел Украины: Александр Лукашенко.

 

ВОПРОС: Имеется в виду «незаконно избранный» или «нелегитимный президент»? 

 

ДМИТРИЙ КУЛЕБА: Это прекрасная формулировка для медиа, для заголовков, для постов в Facebook. Если вы спрашиваете об официальной позиции, то я отвечаю: официальная позиция — это Александр Лукашенко.  

 

В общем, дьявол снова скрылся в деталях. Но как ни крути, если язык до Киева доведёт, то язык самого Киева вполне может привести к международному скандалу. К санкциям Брюсселя или Вашингтона Минск привык, но санкции Киева — это что-то новенькое. 

 

АЛЕКСАНДР ЛУКАШЕНКО: Отношения зачем вы рвёте? Неужели это сильнее, что вам там из-за океана позвонили, сказали, и вы побежали? Да нет. А экономически сотрудничать мы будем. И вы не должны видеть в нас противника и тем более врага. Не должны. Мы вам такого шанса не дадим.

 

Так ведь часто бывает, что побеждает не тот, кто сильнее, а тот, кто мудрее. Но — без намёков. Если вернуться к делам внутренним, то одним из самых любопытных кусков интервью станет часть о поездке Александра Лукашенко в СИЗО. Об этом он ещё не рассказывал. Да и в косвенной речи такое не передашь.

 

АЛЕКСАНДР ЛУКАШЕНКО: Поехал я, прежде всего, потому, чтобы увидеть этих людей. Можно ли с ними вообще разговаривать? Это же те люди, которые могли стать у руля Белоруссии. Мы договорились, что ведём дискуссию на равных. Я их каждого предупредил: президента здесь нет. Здесь, как здесь только что наш украинский товарищ сказал, Павел, Александр Лукашенко. Вот они начали высказываться. Знаете, я сижу и думаю: слава богу, что вы не пришли к власти в Белоруссии. Не потому, что вы несёте околесицу, а всё дело в том, что народ бы вас выдворил из этой власти в течение одного года. Как вы, говорю, далеки от этого народа. И был кадр, это и в России крутили часто, где они там все хохочут. Сидели, сидели, Тихановский говорит: «Александр Григорьевич, а когда вы меня выпустите?» Я говорю: «Ну, во-первых, мы договорились, я не президент, мы на равных». Он: «Александр Григорьевич, ну скажите?» Я говорю: «А чего ты ко мне обращаешься?» «А как, а почему? Вы же президент!» Я говорю: «Да нет, Сергей, твой президент в Литве сидит». Ну, его жена, Тихановская. Ну, все начали смеяться.

 

Рассказать больше президент откажется, сославшись на договорённость с участниками встречи. Мол, уговор — святое. А про супругу Тихановского и в интервью, конечно, вспомнят.

 

АНДРЕЙ КОНДРАШОВ: Есть ли вообще условия, при которых пошли бы на переговоры с оппозицией и лично с Тихановской?

 

АЛЕКСАНДР ЛУКАШЕНКО: Вы что, хотите сказать, что я с предателями должен сесть и разговаривать? Не надо им диалог с нами. Им надо, чтобы сломать Лукашенко как главный оплот тоталитаризма. Сломать, и чтобы он ушёл. Мы всё переживём, но мы маску с них сорвём. 

 

Александр Лукашенко уверен: по ту сторону баррикад не хотят диалога. Но свой план действий президент намерен обнародовать на всебелорусском народном собрании. 

 

АЛЕКСАНДР ЛУКАШЕНКО: Двадцать лет я президентом точно не буду. Мне кажется, что и пять лет я не буду. Мне кажется, запишите. 

 

Крутить президента (говоря языком журналистов) на тему выборов-перевыборов, передачи или транзита власти будут и так, и эдак. Оно и понятно. Тут сложно сказать что-то новое, но у Александра Лукашенко, кажется, получилось. 

 

АЛЕКСАНДР ЛУКАШЕНКО: Народ должен сам свою судьбу определить. И если придётся через трудности пройти, мягко говоря, он должен через них пройти. В противном случае — я так понимаю, народ — по-иному. И будут тащиться, кто — из-за страха, кто — доверяет мне. Будут тащиться за мной. Потом пройдёт еще 20 или 10 лет, кто-то скажет: а зачем мы этим путём шли? А мы вроде этого не хотели? Поэтому народ сам должен сейчас принять решение, даже если оно, с моей точки зрения, бедет неприемлемым. 

 

Что же до эмоциональной стороны, то Александр Лукашенко не выглядел ни злым, ни уставшим, как любят его изображать в альтернативном медиапространстве. На телевидении есть такое понятие «работать на камеру». Не в том смысле, что изображать для зрителя того, кем не являешься. Нет, это не театр. Речь о том, что перед камерой человек должен быть максимально сконцентрирован, думать только о деле, а не о себе, своём настроении или самочувствии. Так что в этом смысле на камеру Александр Лукашенко работает блестяще. 

 

Анна Пыж, Дмитрий Буй, Александр Былинский, Контура.

 

Дата выхода в эфир 15 ноября 2020 года.

 


Источник: tehnowar.ru

0 0 голос
Рейтинг статьи

Опубликовано: 16.11.2020 в 20:57

Автор:

Категории: Новости

Подписаться
Уведомить о
guest
0 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии